Брендан Фрейзер о третьей части фильма «Мумия»

7 августа, 2008 14:14 / Интервью
Брендан Фрейзер о третьей части фильма «Мумия»

Брендан Фрейзер о третьей части фильма «Мумия»

Актер признался, что борьба со злом — совсем не утомительное занятие, напротив, хочется делать это снова и снова.

- В фильме твою жену играет новая актриса. Как тебе работалось с Марией Белло? Приходилось ли вводить ее в курс дела?

- Все было как в тумане (смеется). Она прекрас­на и решительна. Она раскованная, стильная и полна энтузиазма. Когда мы встретились, Мария сказала, что всегда хотела сниматься в кино и быть похожей на Индиану Джонса. Скакать на лошади, щелкать хлыстом, стрелять из револьверов. Все это пригодилось ей для создания нового персонажа. После выхода последней «Мумии» прошло уже семь лет, и вовсе необязательно смотреть предыдущие два фильма, чтобы понять и получить удовольствие от третьего. В этом смысл кинематографа: ты можешь добавлять актеров, убирать их, заменять одних на других.

<tv:MultimediaArticle MultimediaID="3864" ServerSize="180x180" Border="0" Align="left" VerticalPadding="10" HorizontalPadding="10" runat="server"></tv:MultimediaArticle>

- А ты будешь играть своего персонажа в четвертый раз?

- Сначала я посоветуюсь со своим хирургом, пусть посмотрит, нормально ли еще гнутся мои руки-ноги. Хотя почему бы и нет. Я готов. Все, конечно, зависит от сценария и от того, насколько понравится зрителям третий фильм. Знаешь, последние шесть-семь лет где бы я ни появлялся, на улице, в лифте, меня ­постоянно спрашивали, когда выйдет продол­жение «Мумии». А я отвечал, что сам очень скучаю по роли Рика О’Коннела и только и жду, когда позвонят со студии. Нет, правда, мне очень нравится сниматься в этом фильме. Играть Рика — это отличное приключение. Ты бегаешь, выполняешь какие-то трюки, борешься с колдуньей, кружишь в воздухе и выглядишь настоящим героем, тогда как на самом деле я и мухи убить не могу. К тому же съемки фильма проходили в удивительных по красоте местах. На этот раз — в Китае.

- Тебе не кажется, что в этом фильме ты сам себя пародируешь? Взять, например, сцену с рыбалкой.

- Лучше самому посмеяться над собой, чем быть высмеянным. Рику это по барабану. Он не считает себя искателем приключений, он просто использует те странные навыки, которые приобрел во время службы во Французском легионе, чтобы защитить свою жену, когда она в очередной раз будит какую-нибудь мумию. А теперь он скучает в английской деревне среди всех этих пасторальных видов. Ни одно из его увлечений не приносит ему радости. Жена его стала успешной пи­са­тель­ницей. Но им трудно признаться друг другу в том, что жизнь их теперь скучна. И тогда они решаются на новое приключение.

<tv:MultimediaArticle MultimediaID="3866" ServerSize="180x180" Border="0" Align="left" VerticalPadding="10" HorizontalPadding="10" runat="server"></tv:MultimediaArticle>

- А что касается той сцены с рыбалкой, то режиссер Роб Коэн (сам, кстати, большой любитель ловить рыбу) придумал ее, чтобы показать, что Рик совсем не рыбак и как ему надоела эта сельская жизнь.

- Помню, Роб сунул мне в руки блесну, я стал играться с ней и в конце концов всадил себе в шею. (Смеется). Извините, кажется сейчас я единственный в этой комнате, кому это кажется смешным.

- Как тебе работалось с Джетом Ли? На­учил он тебя чему-нибудь?

- Да. Всегда носить защитную экипировку, но это я знал и без него.

- Страшно было с ним сражаться?

- Конечно — это же Джет Ли! Но если серьезно, Джет, вообще, очень скромный. И самый сильный прием у него — его улыбка. Джета буквально обожествляют в Китае, и не зря: в роли Императора он величественен! И ему очень нравилась эта роль. Ладно, расскажу вам один эпизод, который в фильм, конечно, не вошел. Как вы, наверное, догадываетесь, в финале мы избавились-таки от главной мумии. Джет Ли превращается в расплавленную лаву и кричит по сценарию: «Не-е-е-е-ет! О-о-о, не-е-ет!» А потом добавляет: «Я еще верну-у-усь и сыграю в следующем фильме-е-е!»

<tv:MultimediaArticle MultimediaID="3842" ServerSize="180x180" Border="0" Align="left" VerticalPadding="10" HorizontalPadding="10" runat="server"></tv:MultimediaArticle>

- Ты общался с Марией и Люком Фордом до начала съемок? Для «притирки» друг к другу?

- Мы встретились на кинопробах, нас утвердили в ролях, а дальше все было просто — учи роль, не опаздывай на съемки, слушай советы режиссера. Вот и все. А уже на съемках мы собирались в пять утра, похожие на живых мертвецов, нас гримировали, одевали в костюмы, и мы по 14 часов занимались иногда захватывающим, но чаще нуднейшим делом. Потом прощались, шли выпить и домой, чтобы завтра начать все сначала. И так больше ста съемочных дней. Вообще, было весело.

- Все это время снимали в Китае?

- Павильонные съемки проходили в Монреале, где из каменной соли для нас сделали Гималайские горы. Это было в июне, я был весь в коже и мехах, и из-за жары ассистентам приходилось обкладывать меня льдом в перерывах между съемками. А натуру мы снимали неподалеку от Шанхая и в еще нескольких местах в Китае. Сцены главной эпической битвы добра с нечистью мы делали в пустыне на военной базе китайской армии. Они там пытались проводить учения параллельно с нашими съемками: бегали вооруженные до зубов, в полной амуниции и иногда попадали к нам в кадр. Приходилось терпеть — мы же были у них в гостях, и к тому же у них было настоящее оружие.

- Рик О’Коннел появился после Индианы Джонс и ему подобных героев. Ощущаешь конкуренцию?

- Нет. Никто не может заменить Инди. Харрисон Форд — лучший в этой роли, и таким он и останется. Во всех этих приключенческих фильмах каждый актер играет по-своему, привнося в роль свои черты. Меня это не грузит, я получаю удовольствие от своей роли.

- Тебе легко играть в кино?

Если бы это было легко, то каждый мог бы играть. Это Голливуд, тут незаменимых нет. Приходится все время работать над собой и чему-то учиться. Я считаю, что мне очень повезло сняться в таком блокбастере, потому что после таких проектов я могу позволить себе роли совсем другого плана, такие, как в фильмах «Боги и Монстры», «Тихий американец», «Столкновение».

коментарии (27)
осталось 1000 символов