Георгий Мартиросян: до сих пор не понял, почему мы разошлись с Таней Васильевой

30 марта, 2015 16:41 / Интервью
Георгий Мартиросян: до сих пор не понял, почему мы разошлись с Таней Васильевой

Георгий Мартиросян: до сих пор не понял, почему мы разошлись с Таней Васильевой

фото: ТН-Москва / Ю. Ханина

Георгий Мартиросян рассказал о 34-летней дружбе с Александром Абдуловым, 20-летнем браке с Татьяной Васильевой, а еще о том, почему не удалось сыграть Портоса…

– Я верю в судьбу, в то, что с человеком могут происходить удивительные вещи практически без усилий с его стороны. Я родился в Ростове-на-Дону, окончил училище искусств, работал в местном ТЮЗе, играл там главные роли и был вполне доволен жизнью. У меня уже была семья – я женился очень рано, на однокурснице Людмиле, у нас рос сын.

Однажды в гостях я познакомился с каскадером Германом Клементьевым – в Ростове шли съемки какой-то картины с его участием. Хорошенько выпив, мы разговорились об актерской профессии: я рассказывал Герке о театре, он мне – о съемках. Неожиданно предложил: «Жор, через пару дней мы заканчиваем снимать, я возвращаюсь в столицу. Поехали вместе? Там же основные киностудии и полно работы». Чистой воды авантюра!

И я решил попытать счастья: с одной дорожной сумкой на Геркиных «Жигулях» отправился покорять столицу.

Он действительно помог: сразу потащил к знакомым на студию. Пока дошли до производственного комплекса, меня пригласили сразу в три картины! Одна из них – Иванов катер – стала дебютной. Следом – Звезда экрана. Самое забавное, что изначально режиссер картины Владимир Гориккер предполагал дать мне главную роль. Я успешно прошел пробы, но вдруг свыше спустили приказ в первую очередь снимать штатных актеров киностудии. И так получилось, что вместо меня сыграл Коля Мерзликин, а мне досталась второстепенная роль оператора.

Вот так мне «везет» всю жизнь! Когда Георгий Юнгвальд-Хилькевич задумал снимать Д’Артаньяна и трех мушкетеров, то роль Портоса предложил мне. Сделали пробы – он остался доволен. И вдруг звонит: «Слушай, Жора, а что плохого ты сделал Ждановой?» – «А кто это?» – спрашиваю. Оказалось, что некая дама, которая окончательно утверждала актеров, категорически высказалась против моей кандидатуры. Понятия не имею почему.

В Мушкетерах я все же снялся – сыграл гвардейца кардинала. Хилькевич таким образом дал мне заработать. Причем платил не как массовке, а по личной ставке в 15 рублей за съемочный день. Выходила приличная сумма!

Видно, в киношном мире вы быстро нашли свое место, раз приятельствовали с такими именитыми актерами и режиссерами?

– К тому времени, когда начали снимать Мушкетеров, я уже был узнаваемым актером. Но с кино сложилось не сразу. Я снялся в двух картинах, и возникла пауза… Больше ничего не предлагали, жить негде, деньги закончились. И я вернулся в Ростов. Меня пригласили работать на телевидении, пообещали хорошую зарплату и, главное, квартиру. С деньгами не обманули, а вот с квартирой…

Через год, не видя изменений, я понял, что попал в замкнутый круг. А тут еще с женой начались размолвки. Люда стала выпивать. Как-то при друзьях устроила скандал…Я четко понял, что жить с ней не буду.

И вот тут судьба преподнесла подарок – приглашение на съемки Пропавшей  экспедиции и Золотой речки. Вторая попытка покорить столицу оказалась успешнее. Я снял комнату в центре, обзавелся многочисленными друзьями-товарищами, которые старались помочь провинциалу. (Улыбается.) Один из них – Шура Абдулов, с которым нас связывала 34-летняя дружба. Мы познакомились на съемках Пропавшей экспедиции, ему в то время было всего 20 с небольшим, мне – на пять лет больше.

А каким Александр Гаврилович был человеком?

– Бывали такие периоды, когда на двоих у нас был один рубль и мы делили его поровну. Наша дружба началась еще тогда, когда ни меня, ни его вообще никто не знал. Отношения были душевными и доверительными, и редкое дело – в глаза друг другу мы говорили правду. Хотя иногда это приводило к тяжелым последствиям.

Скажем, когда Шура познакомился с Ирой Алферовой и собрался жениться, я высказался резко против. И он за это на меня жутко разозлился. Но я видел, что она ему не подходит. Он эмоциональный, подвижный, обожающий друзей и компании, а она – полная противоположность. Но моих увещеваний он слушать не желал. Когда они поженились, Ира запретила Саше приглашать друзей в дом, ей никто из нас не нравился, приходилось встречаться на стороне. Гостеприимному и хлебосольному Саше это было трудно принять.

Саша был нарасхват, много снимался. И очень спешил жить… Хотел успеть все и не успевал ничего, в итоге сам себя сжигал. Сколько раз я пытался его остановить, просил замедлить бег, бросить курить, меньше выпивать… Застолья в последние годы были у него чуть не каждый день. Как ни позвоню, звучало приглашение заехать, выпить. Как-то я сказал ему открыто: «Шура, ты наплевательски относишься к себе, к здоровью, к жизни, но, поверь, однажды наступит момент, когда тебе жутко не захочется умирать».

Он жил так, будто впереди вечность. Однажды на гастролях в Китае оказался на приеме у местного профессора медицины. Зашел ради любопытства. И услышал, что онкология либо уже началась, либо на подходе, что следует резко изменить образ жизни. Но он не придал значения прогнозу. Болезнь скрутила его очень быстро. Почувствовал себя плохо, решил, что язва. Медики предположили прободение. Сделали операцию, оказалось – рак. А эта болезнь не любит света, пошло резкое ухудшение состояния. Сашка боролся, ездил и по врачам, и по шаманам, искал спасения.

Последний раз мы встретились 31 декабря 2007 года. Я заехал к нему в больницу поздравить с Новым годом. Он лежал в кровати сильно похудевший, немощный, только глаза еще были живыми. О чем говорили? Да практически ни о чем. Он все понимал, бодрить не имело смысла. Прощаясь, я сказал: «Шурчик, я тебя люблю, будь молодцом». А он в ответ: «Постараюсь…».
Знаю, что вечером он съездил к маме во Внуково, поздравил ее с Новым годом и вернулся в больницу. А рано утром 3 января проснулся, сел в кровати, попросил чаю. Юля приготовила, принесла, а он вдруг обмяк…

Читать также: Татьяна Васильева о своих мужьях: "Я их женила на себе, а потом побросала"

Единственная родная дочь Абдулова – Женя – родилась меньше чем за год до его ухода…

– Ради нее он и хотел жить, но не получилось. Кстати, Женя не единственный его ребенок. У Саши есть взрослый внебрачный сын. По моим предположениям, ему сейчас лет сорок. С его мамой у Шурки случился роман в ранней молодости, в пору студенчества. Девочка забеременела, родила, по всей вероятности, они сразу расстались, подробностей не знаю. Но через несколько лет она Шуре позвонила, сказала, что у нее появился мужчина и его отношения с сыном не складываются.

Попросила поговорить с ребенком, заявить, что он его родной отец. Знаю, что Сашка ездил к ним. Он мне так потом рассказывал: «Представляешь, навстречу мне бежал маленький Абдульчик, абсолютная моя копия». Может быть, это выглядит некрасиво, но Саша испугался ответственности. Я пытался его переубедить, говорил: «Шура, ты балбес! Это же твоя кровь, твое продолжение».


Хорошо вам говорить, у вас, наверное, нет внебрачных детей?

– Действительно, нет. Я всегда женщин спрашивал об этом. (Смеется.) Детей у меня двое, обоими я много занимался и считаю, что для мужчины продолжение рода очень важно.
Когда Диме, моему старшему сыну, исполнилось 12 лет, я забрал его от матери и перевез в Москву. Не скажу, что я с ним был не разлей вода, но старался как мог. Хотя было непросто. Через некоторое время женился на Тане Васильевой, а у нее тоже был сын, потом родилась Лиза. Чтобы Тане не было трудно с тремя детьми, я переселил Диму к моим друзьям – Вахтангу и Иде, его крестным.

С Татьяной Васильевой вы работали вместе в Театре сатиры. У вас случился служебный роман?

– Можно и так сказать. Меня пригласили в Театр сатиры в 1980 году на роль в скандальном по тем временам спектакле Гнездо глухаря, в котором играла и Таня.

Не скажу, что любовь поразила нас с первого взгляда, но и не с десятого. Мы играли супругов и практически сразу, как только начались репетиции, посыпались искры. Таня очень талантлива. В то время она была замужем, так что события развивались постепенно. Но через три года она все же развелась с мужем, и уже через неделю после этого я на ней женился.

Вышло это случайно. Отметить Танин развод мы отправились в Пицунду. Приезжаем в гостиницу, а барышня на стойке регистрации уперлась и не желает селить нас в один номер: «Вы не расписаны! Не положено!» Все вокруг: ой, трам-барарам, артисты! А наша дамочка непреклонна, протягивает ключи от разных номеров, где уже кто-то жил.

Ночевать порознь нам не хотелось, и я решил срочно решить вопрос с регистрацией брака. Но как? Пошли с Таней на пляж, сидим на волны смотрим. Тут к нам подходит какой-то абхазец. «Здрасьте». – «Здрасьте…» – «Я Юра, повар в гостинице. Что-то вы грустные. Какие-то проблемы?» Спрашиваю: «Можно где-нибудь расписаться прямо сегодня?» – «Ну вообще тут все строго, но можно поехать в горы, в деревню, и расписаться в поселковом совете», – отвечает.

Так мы и сделали. Приезжаем в деревню, их местная управа закрыта, на двери замок. Юра спрашивает у местных: «Где председатель?» – «На похоронах».  Поехали на кладбище. Народ нас узнал, председатель сказал: «Пожалуйста, сейчас распишем таких знатных гостей». Повез нас в контору, долго рылся в огромном сундуке, а потом огорченно сообщил, что бланки свидетельств закончились. Я говорю: ничего, нам и печатей в паспортах хватит. Запись о браке звучала так: «Зарегистрирован брак 13 июля 1983 года. Абхазская АССР, Гудаутский район, село Отхара». В это время в деревне отмечали праздник урожая, везде столы накрыты: здесь барашка зарезали, там козленка, тут мамалыга, и повсюду бочки с вином. Как мы гуляли! Сколько выпили! Когда я вытащил полароид и начал всех снимать, народ чуть с ума не сошел: «Вай ме, вай ме, что это?! Цветные фотокарточки сами из коробочки вылезают!».

Вы прожили вместе почти 20 лет и все же расстались. Почему?

– Этот вопрос надо адресовать Татьяне Григорьевне. Я до сих пор не понял, почему мы развелись. Знаю точно, что никого лучше меня у нее не было. Говорю откровенно: к профессии я ее никогда не ревновал и одеяло на себя не тянул. Наоборот, создавал все условия для творчества: «Танечка, пожалуйста, ваш выход».

Лиза по полгода жила в Ростове у моей мамы, чтобы Таня спокойно занималась карьерой. От быта жену отстранил полностью. Никогда такого не было, чтобы я лежал на диване у телевизора, а она крутилась на кухне. Даже во времена дефицита дом был полная чаша…
Но я не жалею о том, что с нами случилось, и на Таню никогда зла не держал. Мы остались в хороших отношениях, в гости друг к другу не ходим, но общаемся спокойно и даже вместе играем на сцене и в кино.

Я жалею об одном: создав новую семью, я оторвался от своего сына. Больше времени уделял не ему, а Тане и Лизе. В этом я виноват перед Димой, но нужно было выбирать.
Детьми своими я доволен. Они хорошие, добрые, отзывчивые люди. Это самое главное.

После вашего с Татьяной развода прошло много лет. Почему вы не женились еще раз? Или одному комфортнее?

– Я в поиске. (Улыбается.) Знаете, мужчины плохо переносят одиночество. Когда рядом нет близкого человека, это ужасно. Но и найти его непросто. Понять, твой человек или нет, возможно лишь эмпирическим путем. Пожить вместе, притереться друг к другу. Непросто найти подходящего человека, но я ищу, не отчаиваюсь. (Смеется.)

Читать также: Татьяна Васильева вновь станет бабушкой

Смотреть онлайн-видео трейлера фильма Пираты XX века:

Татьяна Васильева , Георгий Мартиросян
материалы по теме
коментарии (27)
осталось 1000 символов